Тянь-шаньская агитбригада
Киргизия
Тянь-Шань
Прилетели в город Фрунзе ночью, полусонные заселились в гостиницу. Утром вышел на балкон.  Продрал глаза и вижу высоко над землёй по всему периметру вдалеке странные облака. Это оказался стенообразный Тянь-Шань с ледяными равновысокими вершинами. Таких сумасшедших гор я ещё не видывал. Ну, Крым. Ну, Кавказ. Красивейшие горы, изрезанные ветром. Иногда лежит снег, а иногда и нет. Эльбруса, правда, не видел. А тут высоченные стены из снега при 40-ко градусной жаре. Никаких пиков. Всё ровное и огромное. Вспомнил, что в середине поездки нам придётся перебираться  через эту хрень на рейсовом автобусе на ту сторону, в Ферганскую долину. Якобы есть перевал (один из самых высокогорных в СССР), с балкона я его не разглядел и решил не зацикливаться. Попили кумыса в гостиничном буфете. Каждый смог сделать по одному глотку, не больше – страшная дрянь. Не знали мы тогда, что настоящий кумыс пьют сразу после дойки кобылы. Но мы ещё попьём такой. Ой, попьём!
Иссык-Куль
К позору своему не помню ни одного нашего выступления (а выступали мы 1-2 раза в день), зато почти всё, что было вокруг, помню отчётливо. Дорога вдоль озера Иссык-Куль до города Чолпон-Ата – справа до озера полукилометровая полоса роз, слева до предгорий за колючей проволокой широченная полоса алых крупных опиумных маков. С необходимой регулярностью мелькают за проволокой лихие всадники с винтовками за плечами… Охраняют главную медицинско-наркологическую житницу СССР. Предгорья слева – это, конечно, не Тянь-Шань, но всё же… заехали в них дня через два, на местный праздник. Всё, как положено, - козлодрание, скачки, вручение блестящих «жигулей» лучшим чабанам. Кстати, только тут я увидел собственно киргизов. Показалось, что во Фрунзе живут все народы мира, во всяком случае, – русские, украинцы, белорусы, много чехов, немцы, конечно, …а киргизов-то и нет. Сопровождающие из местного комсомола шептали, что киргизы  - в горах, но управляют жизнью столицы именно они.  На праздник киргизы явились во всей красе – женщины в пёстрых национальных костюмах и золоте, мужчины в черно-белых треуголках, чёрных костюмах и галстуках.
Кстати сказать, что когда мы с великими приключениями перебрались в затяньшаньскую часть Киргизии с местной столицей городом Ош, киргизов и там практически не было, но и интернационала не наблюдалось, а наблюдались высокие, статные узбеки. Именно такой двухметровый узбек управлял  местным рейсовым «пазиком», перевозившим нас через знаменитый перевал Чегеты (4 тыс. м) из Фрунзе в Каракуль. Несоразмерный «пазику» узбек, как видно, много чего испытал и это нас спасло.
Перевал Чегеты
Предполагаю, мы хорошо затарились «сухеньким», а иначе трудно объяснить нашу недогадливость и спокойное отношение к тому, что начало происходить на перевале. Так вот, из автобуса исчезли все пассажиры, кроме нас, а к водителю подсел какой-то русский шустрый парень с озабоченным лицом. Прибыть в Каракуль мы должны были в 17-00, засветло, и сразу дать концерт в честь строителей Токтогульской  ГЭС. Это была стройка века, в таких высокогорных условиях никто никогда ничего подобного не строил. По созданному серпантину наверх многокилометровой колонной поднимались белазы и сбрасывали что-то жидко-серое в бездонное ущелье, где, должно быть, струилась речка. С дороги они казались выстроившимися в цепь учёными клопами, ползущими по очереди пить кровь великана из восточной сказки. Но это мы увидели дня через два. А пока мы познали, что такое непроглядная горная ночь. Фары автобуса добивали не далеко, казалось, только для того, чтобы мы видели, как поперёк дороги ежеминутно пробегают скорпионы с кольцеобразно задранными ядовитыми хвостами. Ночь и скорпионы стали приводить нас в чувство. Оказалось, что на перевале у автобуса начали барахлить, а потом и вовсе отказали тормоза. И мы спускаемся на ручнике! Страха не было, потому что он был незачем. Страх вспыхнул только раз, когда водитель, осознавший приближение долгожданной и выстраданной цели,  расслабился и отпустил ручник, а на встречу нам из-за поворота вылетел огромный токтогульский белаз… Где-то в 23-00 мы прибыли в Каракуль. На автостанции нас ждали бледные комсомольцы с поникшими цветами.
Каракуль
Мы подошли к изящной двухэтажной  гостинице, напоминавшей посольство США в Дели архитектора Стоуна. При входе стильно одетая горничная пыталась сбить веником с притолоки затаившегося скорпиона. В сезон кульминационной киргизской жары гостиница была пуста. А в другое время она, по рассказам, была забита иностранными корреспондентами, ведущими репортажи о строительстве необыкновенной ГЭС.  Как оказалось, гостиница и сейчас всё-таки не была совсем пустой, в ней проживал одинокий московский доктор, лечивший приезжающих на строительство рабочих, шоферов и специалистов от любых болезней.
К стыду своему многих участников поездки я помню не по именам, а по внутритеатральным кличкам. Особенно запомнились Кира и Башмак. Вальяжный Кира  был старожилом театра, но в «наше» время никогда не участвовал в московских спектаклях. Его интересовали только приключенческие агитбригады. Внешним видом и поведением Кира полностью соответствовал образу русского гусара пушкинской поры. Но слишком шикарные подкрученные кверху усы, слишком бархатный голос, виртуозное владение гитарой, беспроигрышная игра в преферанс и умение никогда не пьянеть иногда преобразовывали нашего гусара в простого самодовольного  мудозвона. Однако он был артист и аристократ, чего никак нельзя было сказать о его антиподе  - Башмаке. Башмак очень редко принимал участие в спектаклях, да и то, в основном, в ролях слуг, пьяных прохожих и других бессловесных типов. Но уверяю вас, Башмак более всех нас обожал театральную атмосферу и был незаменим при перетаскивании грузов, монтировке декораций и защите актёров в возникающих иногда конфликтах с местным населением. Для полноты образа добавим, что в течение учебного года он подрабатывал санитаром в расположенной в то время рядом с МИФИ психиатрической больнице.   Номера в гостинице были исключительно двухместные. Пришлось всем разбиваться на пары. Кира поселился с Соколом, я с Шуриком, а Башмака почему-то подселили  к доктору. Доктор в первый же вечер предупредил Вову (так звали Башмака), что находящийся рядом с гостиницей пруд заражен дизентерией  и  что, несмотря на страшную жару, он запрещает нам даже приближаться к воде. Вова сообщил важную информацию Викулову, а тот всем остальным.
Как после двух концертов и банкета на следующий день, мы оказались в пруду, никто толком объяснить не может. Наверное, сказалось перевальное перенапряжение. Но уже никаким перенапряжением нельзя оправдать охватившее всех безумное желание сыграть в «морской бой». Нет, не в тетрадно-клеточный «морской бой» с выкриками «убил-ранил», а в настоящий деревенский «морской бой» с «конями» и «всадниками», в игру навылет – свалился после борьбы руками «всадник» или оба в воду – вылетай! Опять пришлось делиться на пары. Пар образовалось пять... Две «всадницы» с коварно сползающими в бою купальниками бились на равных с мужиками. Я быстрее всех выбрал в «кони» Башмака и ,конечно, мы победили, проведя в воде, в возне дольше всех ,наверное, около получаса.
«Всадник» в этой детской игре хлебает воды, обычно, меньше «коня», и Вова заболел. Первым об этом догадался, конечно, доктор. Но и он успел полюбить Башмака за простоту, доброту и силу. И, ничего не говоря, выдал Вове три пачки дефицитнейших индийских лекарств, так что к прибытию в Ош больной был практически здоров, и никто из нас от него не заразился.
Ош
Город Ош запомнился:
1.​«Столовой национальных блюд», которую с натягом можно назвать столовой, да и то только потому, что в ней было самообслуживание. Откуда они взяли такого повара? Ни в мексиканских ресторанах США, ни в аргентинских ресторанах Германии, ни даже в московском «Узбекистане» я не то, чтобы не вкушал, я и не нюхивал подобных кулинарных шедевров. Ну, ладно, местным лагману и шурпе ещё можно подобрать аналоги в московско-уйгурской кухне или в творениях Новикова. Но в ошской столовой было такое блюдо – МАМПАР!!! Стоил мампар довольно дорого – 56 коп. Это была идеальная смесь баранины, узбекской лапши, разнообразных овощей, специй и подливы – первое и второе блюда в одной огромной тарелке – несбывшаяся мечта восточных славян и венгров. Радость от ежедневного вкушения мампара была бы беспредельной, если бы не одно но. Мой напарник, Александр Сидоренков (Шурик) был родом с Северного Кавказа и его мужественное лицо с чёрными усами, со следами перенесённой оспы и карими глазами слишком отдавало местным колоритом…  На раздаче стояли умнейшие тётки и выдавали русским и другим «белым» мампар одной степени остроты, а местным – совсем другой. Как так получалось, что  изо дня в день, при усаживании за столик, мы путали тарелки, и Шурик бросался доперчивать и досаливать «мой мампар», а я после каждой ложки открывал рот и, обливаясь слезами, говорил: « Вот это да…». Только перед самым отлётом в Москву, забежав в столовую, мы в спешке нарушили привычный порядок движений и я, ещё ничего толком не поняв, не поднимая головы ,смолотил, предназначенный именно мне мампар, а Шурик ни разу не прикоснулся к солонке и перечнице. Только в самолёте во время долгого  8-ми часового перелёта мы с Шуриком, восстановив ряд  важных деталей, нахмурившись, начали и задумчиво закончили расследование по делу об «Ошской столовой национальных блюд». Минуту помолчали, глядя друг другу в глаза…потом заулыбались, потом захихикали, а потом уже ржали до самой посадки.
2.​Тяньшаньскими  лугами, на которые советую посмотреть всем любителям лугов альпийских. Как говориться, почувствуйте разницу. Таких просторных плоскогорий больше нет нигде. На одно из них мы приехали с концертом для местных чабанов. Вот это уже была Киргизия! Вот это уже был кумыс! Вот это уже был плов, который положено есть руками, периодически подкармливая с руки и соседа справа, и соседа слева и вообще всех. «Кыргызскый – шампанскый!», - говорили чабаны, радостно протягивая пиалы с кумысом, в котором плавали какие-то чёрные козюли, ошалевшим артистам. Козюли (кусочки, образовавшегося после взбития масла) смущали только до первого глотка – шибал парной кумыс по мозгам так, что хотелось «и петь, и плясать, и терять свою жизнь без оглядки».
Ночью – девушка! Утром – кумыс!
Так проводит время кыргыз!
В куньей шапке на голове
Скачет по утренней траве! --
продекламировал недавно ни с того, ни с сего, в виде тоста, священник Александр Шумский на одной из московских посиделок. Слёзы навернулись – вспомнил я улыбающееся, золотозубое лицо пастуха-киргиза, протягивающего мне в рот лоснящуюся щепотку плова. Вот такие есть на свете киргизы, вот такие есть православные батюшки, вот такие есть киргизские деву… С девушками не так всё просто. В январе этого года, сидел я раннем утром в случайно выбранном кафе у нас в Измайлово, и обслуживала меня юная скромная восточная девушка.  Слово за слово – и выясняется, что она из того самого иссыккульского города  Чолпон-Ата, в окрестностях которого  в 1972 году я со товарищи  бродил, крутя башкой, на диковинном народном празднике. Безудержно начал я говорить – о розах и маках, о тяньшаньских ледниках и пастбищах, о пьянящем кумысе и дымящемся плове, о перевале и водопаде Абшыр-Ата …и чем дольше я говорил, тем веселее становилась девушка и как бы умоляла, - «Говори, говори, русский, не останавливайся, говори!» и, наконец, я увидел лучезарные глаза влюблённой молодой, необыкновенно красивой женщины, смотрящей на меня старика, как на мужа, и вспомнил – у киргизов есть специальные имена для детей, родившихся от 80-летних мужчин, особая гордость и для детей, и для родителей. Я смутился, потупился и спросил: «А родители твои живы?». «Конечно, живы»,  - продолжая радоваться, сказала девушка, - «Они ведь совсем молодые». И вдруг, задумавшись, произнесла, - «Год, как их не видела, какая же длинная у вас зима, как же тут мне у вас плохо, как же я хочу домой».. и почти заплакала, но сдержалась, схватила какую-то тряпку и стала усиленно протирать свободные столы, уже не смотря в мою сторону.
3.​Альпинистский лагерь, в котором нас поселили находчивые ошские комсомольцы. Лагерь был пуст. Все экспедиции ушли на покорение тяньшаньских вершин. Но я увидел возвращение одной из них. Они шли поодиночке, на довольно далеком расстоянии друг от друга, смертельно уставшие и опустошённые. Подходили к нарам и падали на них, не раздеваясь. Лица у них стали однообразными, трудно было различить кто перед тобой – мужчина или женщина. Лица были тёмными и облезлыми. Но каждая из щёк по-разному. Одна от лёгкого обморожения (соприкосновение с ледником), а другая обгорелая от беспощадного солнца. Прошли сутки, но никто из них не просыпался. Мы начали собираться в полёт. Загадочное существо – человек. Это особенно понимаешь, когда путешествуешь. Как  Господь с нами управляется, одному Ему известно.  Ой, как тоже захотелось домой – к маме, папе и бабушке! Прощай, Киргизия! Я люблю тебя.

Комментарии М.Тужикова:
 
1.Да, дрыхли вернувшиеся с гор, без задних ног! Но ... !!! ...
Мы-то только что вернулись с горного пастбища, из цепких рук хозяев нас еле-еле вырвали наши водители, которые должны были вернуться сегодня домой к ревнивым женам. Хозяева поступили с гостями по киргизским законам - ВСЁ (еще раз - прописью и цифрами: ВСЁ !!!) недоеденное за столом нам напихали с собой.
Мясо было сложено в чехол от гитары Женьки Новинского (этот чехол можно посмотреть вверху на фото № 9 - прямо под заголовком).
Вернулись. Медленно отдыхаем. Альпинисты ложатся спать, не видя, что в альплагере они не одни. Вдруг откуда-то появился какой-то щенок. Был всеми нами обласкан до такой степени, что кто-то даже вспомнил (а мы еще от кумыса "не отошли", так что с памятью была беда) о чехле из-под Женькиной гитары (пуда полтора-два вкуснейшего мяса, еще не остывшего и всего несколько часов тому изготовленного настоящими высокогорными профессионалами). Вынесли на свежий воздух чехол. Кинули щенку кусок. Медленно курим и очень медленно разговариваем.
Счастливый щенок, поскуливая, грызет себе здоровенную кость с килом мяса на ней.
И вдруг кто-то заметил, что шагах в пяти от нас горят ГОЛОДНЫМ огнем два глаза. Альпинистских. И еще два таких же идут к нам на запах из гитарного чехла...
- Ребят! А вы случайно есть не хотите?
Моментально проснулись остальные альпинисты... 

2.На Иссык-Куле мы загорали целую неделю, любуясь снежными вершинами Тянь-Шаня над противоположным, не видным отсюда, берегом. Был удачный концерт в соседнем городе Чолпон-Ата. Была поездка на местный районный праздник (см. выше у Попова) с козлодранием и вручением холодильников, телевизоров, Жигулей и пр. отличившимся колхозникам. Было "блуждание" (описанное мною) по горам Денисовой-Попова-Новинского-Тужикова с последующей десятилитровой клизмой от Викулова за "самоволку". Зато сорванный мной тогда цветочек эдельвейса был потом аккуратно вложен в Дневник нашей поездки. Надеюсь, он "жив" до сих пор, надо будет спросить у Викулова. А еще был концертик в том самом пионерском лагере, который позволил нам поставить палатки на своем пляже (с подачи киргизского республиканского профсоюза и комсомола - конечно, они сразу же "пригласили нас в гости на неделю"). Это было единственное выступление за всю мою (не боюсь этих слов) многолетнюю службу в ШТО, когда по окончанию ко мне подошли девчушки-пионерки (лет 14 - 16), и, смущаясь страшно, стали спрашивать у меня, засмущавшегося жутко, фамилию... Это вам зачем? - говорю - А Вы очень похожи на артиста Савелия Крамарова!..
Честное слово - я воспринял это как САМЫЙ ЧТО НИ НА ЕСТЬ НАСТОЯЩИЙ КОМПЛИМЕНТ!

3.По прибытию во Фрунзе мы дали 2-3 (уже и не помню!) концерта. Последний был на каком-то фрунзенском (Бишкека тогда еще не было) заводе в обеденный перерыв. И если в начале выступления видно было, что собравшиеся насильно оторваны от обеда, прямо в глазах их читалось, то к концу выступления зрители были уже не те, аплодисменты грохотали настоящие, заслуженные нами. Восхищенные (да-да!) зрители почти засыпали нас свежесрезанными (!!) розами. Вернулись в гостиницу, а там нас ждут билеты на сегодняшний автобус на Иссык-Куль... Люся Попкова и Таня Денисова плакали, но ВСЕ розы пришлось оставить в гостинице. В каждый номер отнесли по здоровенному букетищу!
А ЗАПАХ ЭТИХ РОЗ!!! ДО СИХ ПОР ЗАБЫТЬ НЕ МОГУ!!!!

                                                                                                                                    Михаил Тужиков

Еще - Сергей Попов

Мурманская агитбригада
Кировск
Кандалакша
Шура Сидоренков
Фотка с Остановки
Юность Поэта
Викулов
Агитперелет-77
Наш Зощенко
Becherovka
Все мы были тогда ХУ...
Весёленькая история и Остановка
Показать еще

Еще - Михаил Тужиков

Кандалакша
В поисках недоеденного
Киргизия
SHTOF NEW YEAR Co Ltd
Милитари 2
Гонцы
English & Me
Прощай школа, прощай
Ерши - Ерши !!!!
Профилак
Милитари 3
Битом по быту
Показать еще

Еще - ШТО

ШТО и "Поперек времени'
Люди с характером
Мурманская агитбригада
Кировск
Кандалакша
Заблудившийся океан
Халтурка об Америке
Критики Мелюзги
Киргизия
Весёленькая История
SHTOF NEW YEAR Co Ltd
Пресса о ШТО
Показать еще

Другие статьи

Если
Посвящение в студенты
Юность Поэта
Анатолий Ларкин
Корни
Кофе
Becherovka
В ДК "Москворечье" в 72 году
В проходной оборонного НИИ
Как три вектора
Риск и стиль первопроходцев
ШТО и "Поперек времени'
Показать еще

Тест
/