Творческое объединение

Почему хористы любили слеты КСП?

Валерий Лапшинский

БЫВАЛЫЕ ХОРИСТЫ СОВЕТУЮТ ПУТЕШЕСТВЕННИКАМ:

1. Если во время пути вы услышите знакомую песню, доносящуюся с противоположной стороны от места слета, не бросайте друга в беде: вероятно, он сбился с пути...

2. Если по дороге вам встретится хороший человек, уныло бредущий навстречу, разверните его на 180 градусов. Если не поможет, разверните еще на 360...

3. Если вы стоите в центре Москвы и забыли дорогу на слет, не отчаивайтесь! Хорошенько прислушайтесь и ступайте на звук пения. Наших слышно везде...

Чего ради? Минимум пару раз в год выйти в лес (а в “старые” времена было именно так – ранней весной и поздней осенью), на пару дней, в родное Подмосковье, с песнями на всю ночь, иногда с разговорами о смысле жизни – не кайф? Спеть громко на голоса или тихо, если этого требует песня, лучше, чем другие – кайф опять же? Разучить новую популярную песенку и спеть ее для друзей соло или выйти на общую слетовскую КСПэшную сцену и спеть у микрофона (а меня всегда тянуло сделать именно это) – разве это не прекрасно?

Пригласить знакомую или любимую девушку на природу, и потом в палатке, где темно и уютно, спрашивать: “Тебе нравится здесь? Тебе нравится, как мы поем? Тебе нравится, как я пел для тебя…, можно я тебя обниму?” – разве в этом нет особой романтики? При этом знать, что ты даже в подпитии ни в коем случае не получишь в морду от ближнего своего и не получишь отказа от девушки – разве в этом не неповторимый кайф? Кто узнал этот кайф, уже за ним только и ходил. Кто не узнал – читайте, завидуйте… Добро пожаловать на (до сих пор хотя бы раз в году) проводимые слеты авторской песни.

Адрес слета. Обычно место для слета выбирается узким кругом ветеранов и заводил КСП. Некогда, в годы запретов, они занимались конспирацией, сокрытием сборища от посторонних глаз. До сих пор помню, как приходилось ехать на электричках в прямо противоположных направлениях и напряженно высматривать на перронах знающего проводника, который выводил команду на место проведения слета. Впрочем, у нас в МИФИ частенько можно было обнаружить на косяке входных дверей института простенький “крок” (или схему пути на место сбора – прим. автора). Эта схема предназначалась для “хвостов”, т.е. тех, кто не смог оказаться в основной группе хористов вовремя, либо, взяв с собой подругу, превышал допустимый размер группы.

Поэтому привычка к конспирации и выбора в лесу места, куда без мокрых ног и матюгов не доберешься, у ветеранов в крови. И простой народ расплачивается. Но терпит, поскольку сей бред вроде как традиция КСП. Поскольку впереди его ждет кайф…

“Нулевой” день или пятница. С утра на место слета выезжают квартирьеры и особо нетерпеливые или “свободные” КСПэшники. Квартирьеры, чтобы, как они считают, подготовить место слета к субботнему приезду основной народной массы. Нетерпеливые, чтобы не терять возможность провести с песнями лишнюю ночь. Или, как считают остальные, чтобы нажраться до полной «радости» на день раньше. И с опухшими и помятыми физиономиями встретить приезд основных масс на лучших местах. Где не хлюпает под ногами болотная жижа или не так много комаров-кровососов…

Массы в пятницу заняты в основном сборами и закупкой раскладки, состоящей из: а) еды, закупленной по указанию главного организатора и ответственного в компании (компания состоит минимально из двух человек, берущих одну общую палатку) за питание; б) водки, вина (иногда – пива) и прочих жидкостей, закупленных по собственному разумению и вкусу. Сколько надо плюс одна-две-три бутылки, если позволяют наличные средства. Все это, плюс гитара, лесная одежда и какое-то снаряжение типа палатки пакуется вечером или на ночь глядя в рюкзаки.

Тем же вечером (и иногда до утра) шлифуется исполнительское мастерство теми энтузиастами или певческими компаниями, которые собираются исполнить песни в субботу на ночном концерте перед народом. Некоторые компании и группы готовят специальные приветствия слету. Для нашей хоровой компании это не было традицией. Мы предпочитали просто хорошо петь. Есть мнение, что пятничная репетиция перед слетом в отличие от хоровой репетиции организуется с той же целью, с какой квартирьеры уезжают в лес на день раньше. Как хорист, который не участвовал в подобных мероприятиях, не могу категорически отрицать этот домысел.

Напиться водки до полной «радости». можно и без репетиции в пятницу. А начать репетировать за несколько недель до слета всегда мешают какие-то досадные обстоятельства и срочные дела. Растянутая подготовка выступления, например, в каждый четверг после хоровой репетиции – это естественный повод для весьма растянутого возлияния… Традиция для большинства хористов – собираться с силами и готовиться либо в последний день, либо самовыразиться непосредственно на выступлении.

Первый день. Суббота. В этот день встаешь ни свет- ни заря, прешься под рюкзаком, но с гитарой, на какой-нибудь условленный вокзал или платформу. Один или в компании таких же как ты общажников-хористов и нехористов. Там уже…. В смысле – уже стоят дорогие друзья-хористы москвичи, любимые по мать его, КСПэшному движению. Кидаешься к ним, будто сто лет не видел (хотя только недавно встречались на хоровой репетиции в четверг). Крепкие рукопожатия, объятия с подругой (если она не из общежития), улыбки, первый глоток пива или водки. Подтягиваются другие хористы и не только… Тоже близкие и любимые. Большинство подтягивающихся тоже с гитарами, которые, если еще осталось время, расчехляются. Запевается первая и очень бодрая песня. Вот такая то ли хоровая, то ли КСПэшная традиция.

Электричка. Вагон заполняется до предела. Рюкзак оказывается наиболее удобным сидением, если есть место, куда его поставить. Все то же самое. Маленький глоток, по чуть-чуть, чтобы не напиться до полной «радости», а лишь для того, чтобы еще выше поднять уровень уже итак приподнятого настроения. Отказаться невозможно. Вокруг друзья! И песни под гитары (к этому времени гитары уже подстроены и могут грянуть разом)… Так вот и едем, распеваясь перед слетом. «Случайные» соседи по вагону, офигивают, терпят и, бывает, одобряют. Иногда хотят спеть за компанию. Но не могут. Наши песни им неизвестны… Снова понимаешь, частью сколь чудесной то ли хоровой то ли КСПэшной компании ты являешься. Даже выходить не хочется. Но выходить все равно надо. А, выйдя, переться с матюгами и, возможно, с мокрыми ногами до места слета. Как я любил и уважал в этот момент добрые отцовские офицерские сапоги. Я храню их до сих пор! Как было интересно наблюдать неискушенных, но наших дорогих КСПэшниц, которые сверху на красивые кроссовки надевали целлофановые пакеты, чтобы не промочить ножки. Потом, через несколько шагов, пакеты дырявились и становились бесполезными. Но девушки шли не останавливаясь. Их ждала впереди романтика песен про любовь, которые любили петь хористы, или кайф. Кому, что больше нравилось…

И так через пару-тройку часов добираешься до места и попадаешь в объятия уже расположившихся на местности хористов, которые предлагают вставать здесь и еще по глотку. Приехавшие в пятницу хористы-квартирьеры уже чувствуют себя старожилами слета и готовы, несмотря на бурную ночь и помятые физиономии, продолжать петь и пить. За дружбу и любовь, естественно!

Теперь пора установить палатки и разжечь костры. Наши подруги готовят закуски и стаканы, мужчины – дрова или лучше - кружки.

Дрова и закуски. Кружки, дрова и закуски – это ритуал и традиция. Без кружек, дров и закусок, какая песня? Традиция такова – дров должно быть много, чтобы хватило для ночного костра, было на чем сидеть и было, что оставить рядом с кострищем после окончания слета. Чем больше дров и бутылок останется после слета, тем, значит, более дружной и организованной была компания хористов, эмоциональнее будут послеслетные воспоминания…

Ах, ритуал: сначала кружки сдвигаются за то, что наконец-то мы добрались до места. Потом за дрова. Чтобы были! Ну, а уж далее «за подруг дорогих, чтоб любили лишь нас, не любили других». И конечно, за приготовленные ими замечательные закуски. После уже по накатанной – за то, что кому хочется. И под какую-нибудь обязательную песню хором. Громко! Потому, что к моменту, когда закуски готовы, уже и большинство гитар хористов расчехлено. И по дровам!

Рядом с кострами хоровых компаний всегда было много дров. А закуски всегда были простыми, вкусными и здоровыми: вареные яйца, колбаса, черный хлеб, лук, сыр… А как приятно было выпить первую кружку горячего чайку с дымком! Особенно, если суббота была не слишком погожей, с утра моросил дождь и костер совсем не хотел загораться…

Гитары и песни. Выбравшись на природу и собравшись больше трех, хористы всегда любили и любят до сих пор независимо от погоды спеть хором. Причем на три голоса. Каждый вновь прибывший (теперь уже по определению – хоровой «хвост») достает собственную гитару и добавляет свой новый голос. Или запевает еще одну песню. Если кто-то думает, что это: «С чего начинается Родина?», то сильно ошибается. Он запевает:

     Черт побери, выпить хочется, братцы,

     Нам бы вместе собраться,

     Опрокинуть стаканчик-другой…

По традиции его останавливают, потому что правило: «В песнях ни разу не повторяться!». А это уже, естественно, пели. Но тема – бесконечна. Поэтому можно затянуть:

     Выпьешь – заискрится сила во взоре,

    Горе, беда и любовь – нипочем!

    Старые раны, вчерашнее горе,

    Все обойдется, зальется вином…

Если и это уже спели, тогда:

    Стакан зажат в моей руке,

    Изломан в песне рот,

    Мы в придорожном кабачке

    Встречаем Новый год!

Пусть сейчас и не Новый год, но костер потрескивает, чаек дымится, рядом друзья-хористы. Т.е кайф продолжается.

Есть еще одна традиция. Обязательная завершающая песня, которая поется на второй день уже поредевшей хоровой компанией из самых стойких:

    Отшумели песни нашего полка,

    Отзвенели звонкие копыта.

    Пулею пробито днище котелка,

    Маркитантка юная убита…

Если это уже пелось, тогда самая последняя песенка:

     А все кончается, кончается, кончается.

    Едва качается перрон и фонари,

    Глаза прощаются надолго, изучаются –

    И так все ясно, слов не говори…

Хотя в понедельник большинство хористов. снова соберутся на свою репетицию. Кроме тех, кто не выдержал испытания КСПэшным слетом, конечно.

Про гитары хористов – это отдельная песня. Уже говорилось, что почти каждый хорист имеет свою собственную гитару: желтую, коричневую, черную… А самые бывалые имеют две гитары! Одна для городских условий, вторая гитара – настоящая «боевая» подруга – специальная походная. Это гитара, которая прошла с хористом и снег, и град, и дождь, и дым жаркого костра, и «медные» трубы (например, у меня такая гитара побывала и на Приполярном Урале, и в альплагере Джайлык, и на оловянном руднике, что под Владивостоком). Эта гитара потрескалась, рассохлась, иногда не совсем «строит», но вполне пригодна для того, чтобы петь под нее хором. Именно такие гитары хористов придают совместному песнопению незабываемый колорит.

Продолжение субботы. Хорошо, если удалось выбраться из Москвы на слет КСП поутру. Тогда после первых песен, первых стаканов, первых бутербродов с вареной колбасой и огурцами или помидорами и заботливо припасенной подругами зеленью, следует горячий обед. С густым супчиком на тушёнке и макаронами по-флотски, приправленными все той же тушёнкой. И, конечно, «крутой» чай.

Правда, иногда, на общем продуктовом складе находятся, к примеру, дефицитные шпроты для оригинальной закуски, либо лимончик для гурманов, которые предлагают всем по чуть-чуть продегустировать дорогущего коньяка… Но неизменно к чаю друг Вардан достает вафельный тортик, чтобы спеть:

     Чайхана, чайхана, вот и чайхана,

    Заходи, посиди, другом будешь…

В общем, супчик, макароны, чарка, чай и посидеть предлагается всем проходящим мимо хоровой компании и ее костра.

Темнеет… Хористы-хвосты продолжают подходить. Впереди ночь песен – сначала на традиционном ночном концерте, а потом снова у костра.

День второй – воскресенье. Светит яркое солнце. Тлеет костерок. И рядом с ним продолжают петь хористы. Поющих и зрителей совсем немного. Но песни самые задушевные и сольные. Повторяться – нельзя, поэтому в ход пускаются самые сокровенные песенные «запасы». Среди тех, кто совсем не спал и продолжает «гусарить» с гитарой Вардан, который притащил на слет палатку. Но положил в нее кого-то из беспалаточных друзей хористов. С подругой, которая устала от песенного обилия и кайфа. Рядом с палаткой спит любящий приходить к рассвету и налегке Виталий Резников.

В какой-то момент из палаток начинают выбираться и подтягиваться к костру самые полуживые из полуживых хористов. Чтобы допеть хором недопетое и бодрящее. Чтобы проснулись подруги и снова приступили к чайной церемонии и приготовлению закусок. Наверное, приготовленная ими горячая каша как обычно и будет самым лучшим средством восстановления энергии, потраченной в первый день.

Выпив чаю и откушав каши, самые занятые хористы начинают собирать палатки и упаковывать рюкзаки. Им пора домой. Наверное, что-то зубрить к понедельнику. Остальные собираются на дневной концерт

Еще - Валерий Лапшинский

Этикет по-британски
Не всё топливо, что блестит…
“Волжские” страдания доцента
Анекдот - двигатель прогресса
Сказка про аспирантов
В предгорьях Альп

Другие статьи

Я говорю - Мифист
Самиздат "Зеркало-4"
Воспоминания выпускника каф. №14
Заметки хориста
Мелочи "Мелюзги"
Дневник первой агитбригады ШТОф